Category: музыка

Второй сын скрипача.

На днях я побывал в Москве. Целью поездки была покупка муз. инструмента, а так же встреча с другом юности Женей Янпольским, с которым мы не виделись двадцать лет.
Давайте, я расскажу вам, кто такой Янпольский, и почему мне было так важно повидать его.
Мы познакомились в околосайгоновских кругах в 1986-ом. Женя тогда учился в театральном вузе, снимался в кино, пел в рок-группах, записывал сольные альбомы. Изрядный классический гитарист и чуткий аранжировщик, он выгодно отличался как от большинства рок-бардов, так и от "зашоренных" виртуозов гитары того времени. Он исполнял англоязычные песни собственного сочинения с элементами рокабили и лирической эстрады пятидесятых, вплетая импровизации духовых, звуки которых искусно имитировал голосом. Но это не было просто салонной стилизацией. В песнях Янпольского теплота ретро-стиля удивительным образом сочеталась с тревогой и очтужденностью "умной" музыки восьмидесятых.


Женя в фильме "Соблазн", Ленфильм, реж.Сорокин (завершил проект умершей Динары Асановой),1987г.


Женя всегда был лидером и душой компании. Мог запросто влюбить в себя любую аудиторию. Помню, мы, тусуясь вдвоем, познакомились с группой молодых шведских туристов. Общение оказалось таким интересным, что шведы, проснувшись на утро после возлияний, забили на свою культурную программу, и снова пошли тусить с нами. Помню, Женя рассказывал им анекдот про Карлсона(!), выпрыгнувшего из окна любовницы перед приходом мужа, но забывшего надеть штаны с пропеллером.

В 1987г. мой друг уехал в Финляндию "погостить", перешел границу со Швецией, где и был пойман властями. Неделю в одиночной камере он провел за изучением шведского языка. Потом добился статуса "политического" и был переведен в лагерь для беженцев. Социальной адаптации Жени поспособствовала еврейская община. Сначала он разъезжал на грузовичке с баллонами краски для заборов, потом пел Боба Марли на улицах, позже нашел работу актера в драматическом театре.

Всего этого я не знал тогда, в 87-м. Общие знакомые куда-то исчезли, Женина семья – мать и младшая сестра – тоже покинули страну. Интернета тогда, как вы понимаете, еще не было. И мы потерялись...

В прошлом году я решил, наконец, покончить с этой разобщенностью. Залез на сайт "Одноклассники.ру", нашел там соучеников Жени по английской школе, вступил с ними в переписку. Оказалось, все они вспоминают одноклассника с теплотой, но никто ничего не слышал о его судьбе за последние два десятиления. Безуспешно опросив всех школьных друзей, а так же их братьев и сестер, что учились в той же школе на год-два младше или старше, я приостановил поиски. Похоже было, что мой друг законспирировался не на шутку. Пока я думал, с какого боку зайти в продолжении поисков, прошло несколько месяцев. И вдруг – письмо от Жениного одноклассника А. Яроцкого. Он в Париже повстречал общих знакомых. Оказалось, у моего старого друга теперь новое имя. Шани Бен-Канар. Живет в Израиле, является местной «звездой» этно-джаза. Женат, двое детей...
Не скурвился, не стал торговцем автомобилями! Я в нем не ошибся, черт возьми!

Но сначала я даже не был уверен, что это он. Ну и имячко! Потом нашел страницу на "Майспейс" с его фотографиями и клипами. Ну да, его лицо. И тут меня ждало второе потрясение. Оказывается, его современная музыка местами очень похожа на мою: амбиентный этно-даб с джазовой трубой! То есть, экс-металлист и экс- рокабильщик в результате пришли к одному и тому же! Конечно, разница есть. Я ведь все делаю в "тиши и уединении" коммуналки на Техноложке, а он колесит по всему миру. Записывает певцов в Индии, Тибете, Непале, потом микширует в портативной студии, накладывает живые экзотические инструменты, на которых виртуозно играет сам.

Посмотрев на маршруты Шани Бен-Канара, я понял с сожалением, что встретиться мы сможем только еще лет эдак через двдцать: он почти не бывает в Европе, а я не бываю нигде, кроме Питера и Севастополя. Однако ж, вот удача, он приехал погостить к своему брату в Москву. Ну, тут я и решил, что надо ехать, черт возьми!

Вы спросите, зачем я искал человека, который за двадцать лет ни разу не дал о себе знать и, судя по всему, вычеркнул из своей жизни «советский период»? Отвечу. В молодости я дружил со многими весьма одаренными творческими людьми. И следил за их судьбами впоследствии. Так вот, большинство из них теперь менеджеры. Они прекрасные люди. С ними бывает очень приятно выпить на выходных. Те же, кто покинул страну, борясь за сохранение творческих профессий ... тоже стали менеджерами. С ними приятно выпивать, когда они приезжают. Но мне была нужна хотя бы одна персона, воплотившая творческие устремления нашей юности. Человек-символ, так сказать. И было чертовски интересно узнать, на какие жертвы он пошел ради этого. Но это, конечно, рациональная часть мотивации. А еще, слава богу, был порыв!

Женя встретил меня на пороге мансарды, служащей мастерской и жилищем его брату. Такой же худощавый и спортивный, как раньше. Тот же яркий, внимательный взгляд. Но, вместо ежика высветленных волос «а-ля The Police», длинная шевелюра естественного цвета.







Ну, сказал он, Вадя, тебя не узнать. Ни хаера, ни кожаной куртки!
Ничего, Женька, зато хаер теперь у тебя!
«Женька» умер! – отвечает с напускной строгостью. Меня зовут Шани Бен-Канар, переводится как «второй сын скрипача»!
Хохочем.

Такого, чтоб сидеть вдвоем, пить водку и вспоминать былое, к счастью, не случилось. А случилось прожить день, наполненный новыми встречами и наблюдениями за спонтанным творчеством. Как всегда, находясь в дороге, Шани пишет альбом. Или, точнее, один из альбомов. Рабочее название «Уфа-Париж». Запланировано участие приглашенных знаменитостей. Инны Желанной в частности.

Мы не пошли бродить по Москве, потому что ждали аккордеониста, который должен был приехать записывать свою партию в одну из песен альбома. Но сначала пришла сестра Шани, Вера, с которой он тоже не виделся энное количество лет. Очаровательная Вера занимается модной одеждой, а на досуге изучает старинную переписку Янпольских, воссоздавая генеалогическое древо многонациональной семьи. Часть писем она привезла с собой, чтоб показать брату-полиглоту.



Аккордеонист Женя приехал ближе к вечеру. Ему предстояло поработать над песней, записанной для альбома молодой певицей Яной Заусаевой, восходящей звездой московской независимой сцены.
Эта сессия стала для меня главным музыкальным событием дня. Удивительный человек пару раз прослушал песню, а потом прописал три разных партии. Каждую – с первого дубля, без репетиций. И это при том, что все вокруг пили чай и даже перемещались по комнате. Правда, на цыпочках. Инструмент прозвучал так волшебно, что я предложил Шани сделать отдельную версию песни под один аккордеон.





Однако, пора уже было и выпить! Я вызвался идти за коньяком, а когда вернулся, застал новых участников вечера. Ими оказались хозяин квартиры Борис и Яна Заусаева, голосом которой мы наслаждались во время записи аккордеона.

Борис, «первый сын скрипача», бизнесмен, меломан и путешественник, на протяжении всего вечера ставил удивительную музыку из своей огромной коллекции винила, и занимал нас рассказами об экзотических странах. Эту тему, разумеется, подхватывал и Бен-Канар, со всей мощью своего актерского дара изображавший представителей музыкальной культуры разных стран. Помимо прочего, мы узнали, что молодые этно-джазовые музыканты Кубы знают наизусть все советские детские песенки, но поют их на испанском; что во время записи этнического вокала в странах Востока женщины не снимают чадру (паранжу), поэтому их личность установить невозможно, а можно только впоследствии написать на конверте альбома: поют женщины из селения такого-то; что цыганские виртуозы стиля «джаз-мануш» - лучшие поставщики гашиша...

Не знаю, был ли тот гашиш, что мы стали курить, когда кончился коньяк, куплен у наркобаронов-гитарреро, но он определенно был хорош!



Что я вам скажу напоследок? Не стесняйтесь разыскивать старинных друзей! Это незабываемые встречи!